На прошлой неделе одинокий 83-летний пенсионер впервые решил отказаться от услуг соцработника. Многие годы работница из комплексного центра социального обслуживания населения «Родник» помогала ему по дому, ходила в магазин и аптеку, поддерживала словом и делом.

Поводом для отказа послужило то, что теперь за каждую её помощь нужно не только заплатить, но и сразу же рассчитаться. Например, за покупку булки хлеба надо выложить (с учётом стоимости продукта) 74 рубля, за мытьё плафона – около 50 рублей: «Получили – распишитесь». Перестроиться с доверительных, семейных отношений на рыночные пожилому человеку оказалось не просто.

О том, что происходит в работе отделения социального обслуживания на дому граждан пожилого возраста и инвалидов, «ЗВ» рассказали руководитель центра Людмила Фида, её заместитель, психолог Оксана Макарова и заведующая отделением Раиса Рубцова.

Как выяснилось, с января нынешнего года в службе произошли, а с весны стали применяться изменения. Касаются они непосредственно принципов оказания помощи. На уровне министерства социального развития принят список жизненно важных услуг, которые работник оказывает пожилому человеку или инвалиду в зависимости от его потребностей, определённых в индивидуальной программе. Если доход гражданина выше полутора размеров прожиточного минимума, за услуги он ежемесячно платит. Если ниже, предоставляются такие услуги бесплатно.

К жизненно важным относится, в частности, покупка основных продуктов питания, уборка в доме, оплата ЖКУ, телефона, вызов врача, приготовление пищи, обеспечение дровами и водой (если дом на земле), санитарно-гигиенические услуги (помыть пожилого человека, помочь ему причесаться, постричь ногти и другое).

Но, кроме основного набора, в «Роднике» можно заказать услугу, не относящуюся к жизненно важным, например, мытьё стен, люстры, расчистка снега или прогулка подопечного. Такая дополнительная помощь – услуга платная. Цены на нее не придуманы на месте, а утверждены постановлением правительства Амурской области. На каждую из таких услуг составляются отдельный договор и акт выполненных работ. Деньги за это и взимаются сразу по исполнении.

«Таковы изменения в законодательстве. После многолетней другой практики нам тоже непросто к ним привыкнуть. Однако эти изменения призваны защитить работниц, которых зачастую воспринимают или как дочек, помогающих по доброте душевной, или как прислугу, которой можно распоряжаться налево и направо, – рассказали в «Роднике». – Но социальный работник – это не дочка и не прислуга, это сотрудник государственного учреждения. Его рабочий день строго нормирован, каждая услуга прописана по времени и условиям исполнения, имеет цену. К примеру, покупка продуктов питания стоит 50 рублей, независимо от того, сколько куплено – целая сумка (до семи килограммов) или одна буханка хлеба. Мы приучаем наших обслуживаемых планировать покупки, чтобы рационально тратить деньги. Бывает, бабушка, проживающая в Светлом, звонит нашей сотруднице в выходной день и властным тоном требует съездить на другой конец города за рыбкой. Соцработник вправе отказаться. Но если соглашается, услуга будет платной. Не может соцработник теперь вести «разговоры по душам», это запрещено, так как он не психолог. Не может измерить давление или поставить укол, потому что не медик. Всё строго регламентировано. Об этом прямо говорят в министерстве социальной защиты, призывая нас объяснять людям, что центр социального обслуживания – это не «бюро добрых услуг», а государственное учреждение».

Система начала плотно внедряться в работу недавно. А перестраиваться с тёплых, доверительных отношений на рыночные всегда тяжело. Но, как заверили в «Роднике», даже, несмотря на это, казёнщины в их работе нет и быть не может. Как и прежде, социальные работники находят возможность поддержать одиноких людей добрым словом, себе в ущерб помочь в чём-то вне прейскуранта и даже попеть с ними дуэтом, пока выполняют работу по тарифу. Потому что без сердца её, и без того тяжёлую, делать станет невозможно.

Лариса Федотова.